О Богданове. Страсть к монизму.
Материалы / Жизнь и деятельность А.А. Богданова / О Богданове. Страсть к монизму.
Страница 1

Концепция «всеобщей организационной науки» - «тектологии» - увенчала творческую работу Богданова. Смелая попытка сведения универсальных организационных принципов в единую науку с «всеобщей точкой зрения» стала итоговым выражением той пламенной «страсти к монизму», которой был одухотворен жизненный путь ученого.

Рано ощутив «очень сильную и глубокую рассудочную потребность в порядке», будущий «тектолог» еще в детстве сделался «рационалистом», благодаря «критике семейных авторитетов» и «книжному проникновению в жизнь». Образ «хозяина вещей» навсегда уступил место идее максимума организованности, включавшую в себя «утопию разумных человеческих отношений» и цели коллективной борьбы за жизнеспособность.

Отсюда и революционный порыв, и своеобразие интеллектуальных исканий, и последняя в мировой литературе классическая утопия «Красная звезда» (написанная в бытность признанным идеологом российского рабочего движения) и первый в мировой медицине Институт переливания крови.

Уже в классической гимназии товарищи, восхищаясь способностями и дружелюбием Александра, с интересом читали его «записки» о влиянии природы на человека, о значении открытий и изобретений. Мировоззрение оформлялось под воздействием книг разночинцев-«шестидесятников» - «таких выдающихся популяризаторов, как Чернышевский и Писарев», таких видных естествоиспытателей, как Сеченов и Тимирязев. Исторический метод в биологии профессора Тимирязева укрепил затем в младшекурснике Московского университета приверженность «материализму естественников» - «несколько примитивной философии», «идейному знамени суровых демократов-нигилистов». Учеба прервалась исключением за участие в студенческом протесте (1894), и диплом был защищен уже в другом университете – Харьковском, на медицинском факультете (1899). Но прежде в тульской ссылке подпольные занятия с промышленными рабочими направили ищущую мысль молодого лектора-пропагандиста к учению Маркса, воспринятому как «научное откровение». Выпестованный в кружковом сотворчестве «Краткий курс экономической науки» (1897) стал первой и самой успешной при жизни книгой А.Богданова, ввел его в круг видных фигур российской социал-демократии и окрылил уверенностью в найденном ключе социально-генетического исследования: «соединять, как звенья одной сложной цепи развития, явления технические и экономические с вытекающими из них формами духовной культуры».

Образование «естественника и врача» сказалось в увлечении позитивизмом, традиции которого развивали автор книги «Что такое научная философия?» В.В. Лесевич и редактор журнала «Научное обозрение» М.М. Филиппов - в России. Эмпириокритицизм Р. Авенариуса–Э. Маха отвергал постоянство истин, также как эволюционизм в биологии - постоянство видов живых существ, а энергетизм основателя физикохимии В.Оствальда - постоянство атомов материи. Но сверх того, три «Э-изма» сулили монистическую перспективу в духе провозглашенной в первой же философской работе Богданова невозможности смириться с категорическими различиями в способах построения различных наук.

Наконец, эти элементы «философии естествознания» стыковались с «историческим монизмом социологической школы Маркса», дополненным в «собственном Э» Богданова - эмпириомонизме - историко-культурным анализом происхождения форм духовности из трудовой практики. Материал для своего «социально-генетического монизма» Богданов черпал из языкознания и религиоведения, этнографии и экономической истории, особенно из трудов таких авторов, как крупнейшие представители сравнительной филологии Лазарь Гейгер (1821-1870), Людвиг Нуаре (1827-1897), Макс Мюллер(1823-1900) и систематизатор германской исторической школы в политэкономии Карл Бюхер (1847-1930).

Задуманная как «картина мира для своего времени и для класса», система эмпириомонизма вовлекла ее творца в водоворот пристрастной партийной полемики, философски бесплодной и организационно проигрышной, поскольку Богданов не обладал публицистической ядовитостью и манипуляторской искушенностью своих главных оппонентов – Г.«Бельтова» - Плеханова и «Вл.Ильина» - Ульянова-Ленина. Философские труды Богданова не повторили счастливой судьбы его популярных экономических учебников. Для одних критиков он остался пропагандистом «кружковой отсебятины», слишком склонным к материалистическому пониманию истории в период возрождения религиозного идеализма для других (изгнавших потом первых из России) – опасным «ревизионистом», якобы протаскивающим в рабочую среду идеализм и прочие «буржуазные» воззрения.

Страницы: 1 2

Смотрите также

Категории диалектики
Находящемуся в постоянном движении и развитии миру соответствует столь же динамичное мышление о нем. “Если все развивается… то относится ли сие к самым общим понятиям и категориям мышления? ...

Глобальные проблемы современности
Под глобальными проблемами человечества понимается комплекс острейших социоприродных противоречий, затрагивающих мир в целом, а вместе с ним и отдельные регионы и страны. Глобальные проблем ...

Духовно экзистенциальное и духовно культурное время и пространство
Человеческая личность существует в особом духовно-экзистенциальном (или биографическом) времени — времени ее уникальных поступков и внутренних размышлений, общения с другими людьми и творче ...