Объективные факторы научных изменений
Материалы / Научные понятия и процедура их объяснения / Объективные факторы научных изменений
Страница 2

Наше объяснение, конечно, ни в коем случае не делает содержание научных суждений сколько-нибудь более “субъективным” или “личным”; оно только снова и снова признаёт полную “относительность” понятий и стандартов, считающихся авторитетными в какой-то период времени в той или иной среде. Несмотря на то что в действительности многие вопросы возникавшие в науке на любом её уровне, могли быть в полном смысле фактуальными, учёные − в разные времена и по разным основаниям − могли кончить тем, что обращались с ними по-разному. В конце концов имеется не больше оснований для того, чтобы допустить, что интеллектуальные требования, управляющие концептуальным развитием науки, действительно будут везде абсолютно идентичными, чем для того, чтобы допустить, что требования окружающей среды, управляющей развитием биологического вида, абсолютно одинаковы на всём протяжении его существования.

Вопрос заключается в том, чтобы, во-первых, различия в их интеллектуальных требованиях не вынудили разные группы учёных судить о концептуальных вариантах с прямо противоположных позиций. Во-вторых, в том, чтобы при всех различиях в своих долгосрочных ожиданиях учёные, работающие в разных странах или центрах, по-прежнему находили бы понятными теоретические аргументы друг друга.

В действительной практике могут существовать весьма серьёзные различия в целях объяснения, выдвинутых разными людьми, даже если они работают в одной и той же дисциплине в один и тот же период.

Историческое единство и целостность науки напоминает, по существу, спектр методов и стратегий. Его многообразие не ограничено ни историческими эпохами, ни национальными стилями; мы можем обнаружить аналогичные различия в акцентах, характерные для рассуждений в различных и исследовательских центрах и школах, даже в одной и той же стране, в одно и то же время.

Для сохранения связной дисциплины во все времена требуется всего лишь “достаточная” степень коллективной согласованности интеллектуальных целей и дисциплинарных установок. Под словам “достаточная” мы должны иметь в виду “достаточная для актуальных требований настоящей ситуации”; это совместимо с существенными разногласиями по таким вопросам, которые выходят за пределы проблем, требующих своего решения в настоящем.

Рассматривая различные исторические периоды, а не разные страны или исследовательские центры, мы снова можем обнаружить аналогичные вариации в стандартах научных суждений. Действительно, критерии отбора, применявшиеся в разное время в научных дисциплинах, будучи рассмотрены с исторической точки зрения, в той же мере подвергались историческому развитию, что и частные теории, понятия и варианты, на основе которых они вырабатывались.

Если процесс концептуальных изменений в научной дисциплине перекраивает её так глубоко, как мы это предложили, то будет неясно, можно ли провести приемлемое различие между “внутренними” соображениями, подлинно релевантными по отношению к текущим проблемам науки, и “внешними” соображениями, например политическими пристрастиями и идеологией, которые могут исказить или нарушить нормальные процедуры дисциплинарных рассуждений. Конечно, нам непонятно, как можно вывести какое-либо различие в таких терминах, которые постоянно имеют законную силу. Некоторые различия такого рода безусловно необходимы и закономерны; но как только мы попытаемся противопоставить два этих типа соображений в целом, так перед нами сразу же типа соображений в целом, так перед нами сразу же возникнут сложные проблемы. Как в таком случае сможем мы выработать объективные и постоянные тесты с тем, чтобы решать, какие соображения являются “внутренне присущими”, или “релевантными”, по отношению к интеллектуальным рассуждениям в данной научной дисциплине, а какие − нет? И всегда ли на практике нам будет понятно, как мы должны применять это различие? Для философии было бы очень удобно, если бы мы умели чётко разграничивать различные факторы, действующие в теоретическом мышлении, и ясно отделять строгие требования дисциплинарного развития от внешних соображений, таких, как мода и национальный стиль, метафизические пристрастия и политическая идеология. Наш анализ оставляет невыясненным, как далеко можно провести такое разграничение в действительности, что также можно считать опровержением объективности науки. В течение последних тридцати или сорока лет этот вопрос часто рассматривался как требование “демаркационных критериев”, которые в конце концов отделили бы науку от метафизики, теологии и идеологии. Высказывать надежда, что можно найти какие-нибудь тесты, чтобы отличить подлинно “научные” предложения от всяких иных либо на основе их содержания, либо на основе методов их проверки. Если мы ограничили своё внимание только теми предложениями, которые изложены языком ранее согласованных понятий и теорий, то может быть, мы и сумеем выработать тесты, позволяющие нам отличать подлинно “научные” предложения от всех остальных. Однако тест, который применим только в том случае, если мы принимаем ранее существовавшие понятия и теории, возможно, перестанет быть релевантным в таких ситуациях, когда наши понятия подвергаются радикальным изменениям.

Страницы: 1 2 3

Смотрите также

Философия марксизма
Философия марксизма – одно из важнейших направлений, вызывающее в современную эпоху неоднозначную оценку, представлена в различных вариантах: классический марксизм, нашедший отражение в труд ...

Духовно экзистенциальное и духовно культурное время и пространство
Человеческая личность существует в особом духовно-экзистенциальном (или биографическом) времени — времени ее уникальных поступков и внутренних размышлений, общения с другими людьми и творче ...

Наука в контексте культуры
  Во всем мне хочется дойти До самой сути. В работе, в поисках пути, В сердечной смуте, До сущности протекших дней, До их причины. До оснований, до корней, До сердцевины. Все время схват ...